[СЕЙЛОР ВЕНЕРА] Глава 3 "Любому ожиданию своя неожиданность"
Краски вокруг поблекли. Всё стало каким-то безжизненным, как в пасмурный день. Мать Райана застыла, открыв рот. Я поводил поднятой рукой и отшатнулся. Ладонь оставляла в воздухе тёмные разводы, как будто я тронул поверхность какой-то вязкой жидкости. Убрал руку и остолбенел. Вместо головы у женщины на плечах осела маслянистая субстанция, похожая на кляксу. Двигалась, меняя форму, но тем не менее оставалась похожей на сгусток тягучего вещества. Цвет определению не поддавался. Близок к чёрному, но по веществу пробегали флуоресцирующие разводы. Больше всего клякса походила на следы бензина в тёмной луже. Я постарался дотронуться до неведомой субстанции. Даже не коснувшись, заметил, как она двигается, повинуясь телекинетическому усилию. Вот как, получается, я манипулирую памятью! Эта аморфная масса – простейшая визуализация мыслительного процесса. Тёмные борцы стирают воспоминания небольшой давности, которые находятся на поверхности кляксы. Если попытаться избавить объект от памяти за больший срок, придётся лезть вглубь, а это чревато. За несколько дней налаживаются нейронные связи, ассоциативная цепочка образов укореняется в структуре и, потянув за один, можно порвать связь с теми, что гнездятся в сердцевине. А там недалеко до трансформации личности, потому что всё рушится согласно принципу домино. Хорошее объяснение. Спасибо, всеосведомлённость. А теперь подскажи-ка, где мне последнее воспоминание найти. Клякса прекратила переливаться, застыла. Фиолетовая дорожка пролегла по вздыбившемуся гребню. Аккуратно веду ладонью около подсвеченного участка. Он исчезает. Ещё память о паранойе сына. Очередной фиолетовый узор становится неотличим в густой чёрной массе от движения ладони над ним. Отлично! Теперь нужно внушить бедняге, что она меня не видит. Субстанция окуталась зыбким туманом. Опускаю руку. Цветовая насыщенность в норме. Мать Райана удивлённо смотрит по сторонам, закрыв рот. Разглядывает томик Библии в руке. С ужасом взираю на неё. Женщина поднимает взгляд прямо на меня…
Но глядит сквозь.
Уф! Получилось. Покрутив томик в руке, она убирает его в сумку и покидает крыльцо.
Не теряя ни секунды, вхожу. Щёлкаю выключателями по пути. Вот и комната Райана. Юноша забился в угол, испуганно таращится на постороннего. Открывает рот, но я наученный ранним опытом быстро провожу рукой возле его лица. На этот раз ничего не замирает, краски не блекнут, маслянистой субстанции нет. Всё происходит в доли секунды. Райан ненадолго застывает, потом осматривается, встаёт и направляется куда-то, идя прямо на меня. Отхожу в сторону. А мальчишка смазливый, такие девчонкам нравятся: блондин с причёской “маллет”, распахнутые глаза. Напускное высокомерие на лице даёт понять, что перед тобой не наивный простачок, а уверенный в себе парень. Движения расслабленные, никакой скованности.
Досада! Райан идёт в ванную. Что мне теперь обратно в дом тинейджеров бежать, чтобы переместиться к себе? Нагло выключаю свет, входя следом за парнишкой. Закрываю дверь.
Я в темноте, но никто рядом не суетится, намереваясь включить освещение. Выхожу. Передо мной широкая кровать с лежащей калачиком блондинкой в школьной форме. Странно! На этот раз я переместился без попадания в тёмное измерение. Выходит, если я ранее посещал точки входа и выхода, релокация происходит мгновенно. Визит в пространство с порталами нужен, если не бывал в месте назначения. Как удобно! Ориентироваться в тёмном измерении не надо, всё на мысленных сигналах. Главное, чтобы где-то возле точки прибытия было темно. А маршрут в голове благодаря всеосведомлённости строится мигом. Пока моя милашка спит, поэкспериментирую ещё, пожалуй. Представляю лесной домик из локации с Нериной, заходя в туалетную комнату.
Перед взглядом распахивает пышное оперение кустарник. Птичий свист, да треск насекомых в ночи тревожат слух. Вот он! Увитый плющом домик метрах в двадцати. Захожу, отперев дверь найденным в кармане ключиком с сердцевидным навершием. Моргаю, активируя способность видеть в темноте. А в сером антураже убранство выглядит иначе. Неуютно как-то. Моргаю снова. Темнота. Закрываю дверь, намереваясь вернуться. Точка старта – туалетная комната встречает светящейся линией по периметру двери. Интересно, а ключ тоже исчез? Лезу в карман. Надо же! Да, пропал.
Покидаю кабинку телепортации, усмехнувшись новому назначению уборной. Ложусь, обнимая возлюбленную. Она ворочается, сонно вздыхая. Лёгкая улыбка трогает милые губы. Подбирается ближе, улыбка спадает, расслабленное личико утыкается в мою грудь. Милашка вновь безмятежно сопит, одаряя меня нежным трепетом. Тепло её дыхания согревает, постепенно убаюкивая. Но сон ко мне не идёт. Ладно, тогда возьмусь за думы. Буду анализировать впечатления.
Естественно, реальный секс не идёт ни в какое сравнение с иллюзорным. Коитус вообще малоудобное занятие. Вагина расположена так, что надо умудриться занять нужный угол наклона. Может, есть дамы с более легкодоступным разъёмом, но где гарантия, что ей приглянешься именно ты. Надо завоёвывать. Для чего? Оставить генетический материал? Нет, мне половой акт интересен, как закономерное продолжение интересного диалога: сначала беседуют мозги, потом тела. Банальное удовлетворение физиологии меня не привлекает. Соитие без желания, как пресная пища: насытит, конечно, но не сравнится с изящно приготовленным блюдом. Беседа перед сексом должна быть хорошим аперитивом. Либо же партнёрша так сильно захочет тебя, что сделает всё для удовлетворения, а ты, если не пресыщен одноразовыми интимными встречами, будешь готов сделать всё для ответного ублажения. Дающему да воздастся. Искать все эти компоненты в реальности можно до самых седин, но гедонизм нужен бренному телу, разум алчет своеобразных удовольствий. Я взращён литературой, поэзией, люблю приукрашивать обыденность, а значит, моя иллюзорная вселенная даёт необходимое в полной мере. Я доволен всеми своими партнёршами, каждая стала чем-то уникальным. Одну я бы точно не выбрал. Каждая из них – отдельный аспект многогранного понятия “удовольствие”.
Погружённый в думы я не заметил, как наступил вечер, а затем явилась ночь. Время летело, как при быстрой перемотке. Пока я размышлял, часы обратились секундами, а в окне замаячил рассвет.
С Миной всё получилось. Пора выкрутить на максимум насыщенность приятных встреч, добавив щепотку похотливой ностальгии. Не буду откладывать.
Милашка изрядно утомилась первым сексуальным опытом. Проснулась только когда первые лучики восходящего светила потревожили довольную мордашку.
— Доброе утро, моя Мина. Ты выглядишь счастливой, что меня крайне радует.
Даже не открыв глаза, она улыбнулась, чмокнув в губы. А когда посмотрела с теплотой и восхищением, я прямо расцвёл. Голос из надменного, каким был в момент первой встречи, превратился в доверительно ласковый. Он укутывал во всеобъемлющую нежность:
— Я скучала по тебе, мой милый! Какую же потрясающую ночь мы провели вместе! — подносит губы, вновь закрывая глаза.
С радостью откликаюсь на поцелуй, обнимая её и гладя шикарные волосы. Целую в лобик, провожу по щеке раскрытой ладонью, завершив жест умиления добродушной улыбкой и соприкосновением наших лбов на несколько секунд. Произношу предельно нежно:
— Чем хочешь насытить сегодняшний день, милая?
— Не знаю! Может быть, неплохо было бы позавтракать, а, может быть, мы могли бы сначала ещё немного поиграть... — дразнящая улыбка предельно ясно говорит, какому занятию Мина отдаст предпочтение.
— Выбор за тобой, солнышко. Мне любое занятие с тобой кажется великолепным, — осознавая желание собеседницы, говорю до жути наивно, маскируя похотливый азарт внутри, вспыхнувший от её иносказаний.
Надевая маску скромницы, Мина произносит смущённо:
— Я бы хотела, чтобы мы немного поиграли…
Детская наивность слов и превосходный отыгрыш плохо маскирующейся недотроги сносят хлипкие заслоны во мне яростным потоком вожделения:
— Конечно, моя сладострастная дьяволица. Я и сам не прочь ещё раз насладиться тобой.
Амплуа порочной скромницы ей идёт. Да, “порочная скромница” – оксюморон, но именно такой диссонанс позволяет женщинам, не говоря ничего скабрёзного, буквально доводить возбуждённого партнёра до исступления. Мина осознает силу приёма, оттого эксплуатирует на полную:
— Воу-воу, мой миленький! Если мы поиграем сейчас, то до конца дня будем только это делать.
— Как захочешь ты, любимая, — задыхаясь от желания, говорю я.
— Ой, ладно. Я и сама не могу противостоять тебе! Я готова к любому, что пожелаешь, мой миленький! — её томный голос, замутнённый взгляд, скользящий по губам язык вынуждают зверя сорваться с цепи.
Но я быстро укрощаю ретивого коня. Ведь хочу изысканного второго раза:
— Можешь выполнить одну просьбу, девочка моя?
— Что ты хочешь? Я сделаю что угодно! — шепчет она, с трудом перебирая жаждущими диких поцелуев губами.
— Перевоплотись, пожалуйста, в Сейлор Венеру.
Возбуждение резко спадает, неловкость и смущение овладевает ею:
— Пойду... погуляю... и воссоздам облик Сейлор Венеры, мой миленький. Можешь подождать?
— Я люблю тебя в любом облике. Мне не важна внешняя суть, а гляжу в глубину души. Просто ты уже давно являешься моей сексуальной фантазией именно в облике Сейлора.
Смущение переходит в стыд:
— Ну, хорошо, ты только ещё немного подожди меня, я вернусь после воссоздания образа.
— Стой, а разве ты не перевоплощаешься сразу после произнесения заклинания? Зачем тебе переодеваться?
— Ну, у меня… м-м-м… там есть свои секреты. И… в общем, я не могу сразу перевоплотиться. Это мои тайны и загадки…
— Мина, ну мы же теперь близки, должны доверять друг другу любые секреты. Не стесняйся, я приму любую твою тайну, доверься мне. Я не перестану тебя любить.
— Я… я не могу так сразу перевоплотиться, есть небольшой ритуал...
— В чём же заключается данный ритуал?
Мина стыдливо смотрит вниз, сев на край постели:
— Перед тем, как перевоплотиться, я всегда начинаю с поглаживаний моих волос, а потом говорю заклинание. И этот ритуал происходит, конечно, в секретном месте…
— Странно. Я думал, сила есть внутри Сейлора, и он переходит в боевую форму мгновенно.
— Это так. Но у меня немного нестандартная процедура. Думаю, она связана с биографией...
— Рассказывай, милая. Готов выслушать. Ты же мой главный интерес отныне.
— У меня есть старшая сестра Сейка. Я всегда считала её образцом для подражания и делала всё, чтобы быть похожей на неё. Хотела быть популярной, как она. Хотела быть такой же крутой, красивой, талантливой и даже гениальной девчонкой, как моя сестра! Я прилежно училась, меня назначили старостой. Я репетировала в школьном театре, пела, занималась танцами, участвовала в спортивных состязаниях. Но мне всегда казалось, что я недостаточно стараюсь. Сейка всегда была недостижимым идеалом, я не могла даже приблизиться к её заслугам. Вечно дышала ей в спину. А потом у меня зазвучал голос в голове и сказал, что я могу сделать то, что не под силу никому, и я должна стать Сейлор Солдатом. Я подумала, что от усердия схожу с ума. Но потом я облачилась в странный костюм. А в этот момент не заметила, что в комнате была Сейка. Она испугалась и ушла из дома, ничего не сказав. Мы с ней жили вдвоём, отец бросил нас, он – политик, ему карьера важнее. Мама заболела и скончалась, когда мне и трёх лет не было. Из-за этой чёртовой силы я лишилась последнего родного человека.
Слёзы Мины обличают меня, чувствую себя ничтожеством.
Потом удивляюсь. Что за драматические подробности? В фильме у Мины Айкон никакой сестры. Полная семья, она – красивейшая девочка школы, начинающая модель. А тут что? Отец-политик, ставящий в приоритет карьеру, а не семью, у Рэй Хино, она же Сейлор Марс. Ни у одной из девчонок не было старших сестёр, заменяющих мать. Лита Маккино (Сейлор Юпитер) потеряла родителей в автокатастрофе. Живёт одна, ментально повзрослела ввиду обстоятельств. А тут какой-то винегрет!
Эклектика во всей красе: отец позаимствован у Рэй, Лита превратилась в сестру…
Обращалась воином Мина благодаря жезлу, который ей подарил меценат на благотворительном вечере. Там же ей пришлось использовать силы, потому что меценат хотел насильно ей овладеть. Насладился, чёрт возьми, давней фантазией!
Утешаю любимую, обняв и дав прорыдаться. Вытирая слёзы, она шепчет:
— А какая я в твоей вселенной?
Говорю тихо, обняв прижавшуюся ко мне Мину:
— В моей вселенной ты переродилась в Сейлор Воина после гибели лунного королевства Серебряное Тысячелетие. Королева Серенити отправила вас на Землю, чтобы вы защищали принцессу Серенити – наследницу лунного престола. Тёмное Королевство во главе с королевой Берилл угрожало существованию лунного царства и поэтому спровоцировало войну, в результате которой Серебряное Тысячелетие пало. Сейлоры же – хранители планет Солнечной системы переродились в телах земных девчонок, а, когда Тёмное Королевство вторглось исподтишка на Землю и стало устраивать диверсии, сущность Сейлоров возродилась, и они смогли перевоплощаться. Принцесса Серенити оказалась в теле Усаги Цукино и тоже обрела боевую форму – Сейлор Мун. А ты стала Сейлором раньше остальных, потому что твоя планета-покровитель ближе всех к Земле, а значит, тебе предстояло дебютировать в роли защитницы. Но ты назвалась Сейлор Ви и облачилась в другой костюм, а после воссоединения с командой уже призналась, что ты – Сейлор Венера, и твой облик изменился. Костюм преобразился в стандартную униформу Воинов в матросках, только с характерной, индивидуальной для каждой воительницы расцветкой. У тебя: оранжево-белой с синим бантом на груди, жёлтым сзади.
— Ого! — она просветлела. Взгляд загорелся интересом. — Круто! А как ты здесь оказался?
— Мина, моя способность – путешествовать по другим реальностям и менять происходящие там события. Поэтому я могу стирать память обитателям других реальностей, чтобы они не подозревали о внесённых мною изменениях. В моей вселенной ты существуешь как выдуманный персонаж и другие Сейлор Воины тоже. Я отправился в другую реальность, чтобы найти тебя настоящую. Ведь, как говорил, я влюблён в тебя с детства.
— До сих пор сложно поверить в сказанное! Не имей я второй идентичности, ни за что не поверила бы в это!
— В моей реальности ты была героем произведения, а всё, что я знаю о тебе, написано автором манги и сценаристом аниме. Поэтому я так легко рассказал тебе об этом. Только вот почему-то там ты могла перевоплощаться быстро в Сейлор Воина, а тут тебе необходим какой-то ритуал. Это меня удивило. Видимо, в разных реальностях разные вариации ключевых событий. В твоей это так, а в моей – иначе.
— Ну, я сама придумала этот ритуал. С помощью него я как бы прощаюсь с обычной жизнью, становлюсь другой. Почему у меня всё так, в моей реальности, трудно сказать.
— Я считаю, это объяснимо самой сутью мультивёрса. Мультивселенная и появилась в результате различных комбинаций вероятности. Следовательно, разные вариации уже предусматривают разные способы развития.
— Думаю, ты прав, — Мина стала задумчивой. От ранней печали не осталось и следа на милом личике. — Всё, что происходит во вселенной – следствие тех или иных действий, которые были сделаны в прошлом. Даже малейшие вещи могут изменить будущее самым неожиданным образом.
— Точно! Эффект бабочки.
— Ага, наверное. Не знаю, как это называется, — смотрит на меня потеплевшим взглядом. — То, что ты знаешь о моей секретной идентичности… это… что-то особенное для меня.
— И это сближает нас, не так ли?
— Да, это сближает нас. Я… я… — осекается, будто пыталась сказать что-то стыдное.
— Что, родненькая? Не смущайся. Можешь быть со мной откровенной, ведь мы отныне самые близкие люди.
Набирается смелости и выдаёт:
— Я… я привязалась к тебе… поэтому доверилась сразу… в школе… ну, ты понял… — виновато улыбаясь, прячет взгляд.
— Так это чудно! Значит, мы – две половинки цельной и настоящей любви!
— Кажется, нам и правда суждено быть вместе, — томно смотрит. Чарующие голубые озёра зовут к себе. Мина напоминает мне русалку, соблазняющую путника войти в воду.
— Непременно! Предлагаю растворится в объятиях друг друга и провести весь день в умиротворении и покое под эгидой любовной гармонии.
Бросается на меня:
— Да, у нас давно не было обнимашек!
Обвиваю шею Мины, нежно целую. Упиваясь сладчайшей негой, шепчу:
— Давай пролежим так до вечера, а потом предадимся телесной эйфории, напитавшись страстью, моя Миночка!
Бойкая Мина обмякает в моих руках. Лежим. Прерываю тишину, говоря вкрадчиво вполголоса:
— Миночка, скажи, пожалуйста, а зачем Сейлорам такая униформа? Она же неудобна в схватках. Я имею в виду туфли, банты, юбки, чокеры? Эти сомнительные аксессуары не особо помогают в битве.
— Думаю, это стандартная униформа, подчёркивающая элегантность и красоту. Но ты прав, она не подходит для сражений. Я была бы не прочь перейти к новейшим костюмам, которые более функциональны.
— Согласен. Кстати, я даже знаю, что бы вам подошло. В одной альтернативной реальности ваша униформа изменилась: там ваши костюмы обтягивают всё тело. То есть комбинезоны из эластичного материала, облегающие стройные девичьи тела. А их расцветка сохраняет элементы от ваших прошлых костюмов: отделительными полосами очерчены части, которые другие по цвету. Я могу тебе их показать. Закрой глаза и не шевелись, я буду транслировать в твой мозг облик Сейлоров из другой вселенной. Согласна?
Мина угукает.
Почему бы не модифицировать умение тёмных борцов? Можно ведь не просто стирать неугодные воспоминания, а визуализировать свои. Я мог бы создать фигурку или просто в воздухе изображение поместить. Но поступлю деликатнее. Незачем пугать милую такими фокусами. Аккуратно кладу ладонь на голову Мины и усилием воли транслирую образы из памяти (я видел концепт-арты фильма, который должен выйти в следующем году, там Сейлоры обзаведутся новыми костюмами): комбинезоны разных цветов, как и светящиеся линии на них, но палитра чётко основана на цвете, характерном для каждой из защитниц. Если сравнить униформу с каноничными боевыми нарядами, то в отдельных чертах наблюдается преемственность:
- в груди красуется медальон – фрагмент лунного камня, обточенный до формы сердечка (его цвет традиционный для определённой воительницы), лишь у Сейлор Мун это уникальный артефакт – лунная призма;
- от медальона отходят линии, они светятся тем цветом, которого были банты на груди каноничных костюмов;
- на ногах очерчен полосами и выделен характерной расцветкой тип обуви, носимой девчонками в форме Сейлоров.
Мина открывает глаза, с восхищением комментируя увиденное:
— Да-да-да! Потрясающе! Не думала, что облик Сейлоров может быть настолько элегантным и практичным! Я бы такое с удовольствием носила!
— Мне кажется, ты в любом наряде будешь элегантна и безумно привлекательна.
Склоняет голову к твоему плечу и, сделав глубокий вдох, говорит:
— Спасибо, любовь моя, я так люблю тебя!
Солнце пребывало в зените и щедро заливало свою благодать через окно, образуя жёлтые полосы на наших сплетённых телах. Одна полоска легла на прелестное личико Мины, обрамив его привлекательность. Не удержавшись, целую любимую в спелые губки, утопая в щемящей нежности момента. Глажу возле уха, пальцами провожу по линиям скул. Не отрываясь, вновь чмокаю вожделенные губки, оставляю на них печати сладостного томления. Другая рука исследует бёдра Мины, отчего в мозгу импульсами бьётся вожделение. Мои вздохи становятся прерывистыми, нисходя до тихих стонов.
Остановившись на пути к потаённому уголку между ног, набираюсь смелости, чтобы попросить любимую об услуге, но после вскрывшихся подробностей её биографии это будет звучать издевательски, поэтому предлагаю отсечь пагубные воспоминания, сделав выбор в пользу настоящего:
— Любимая, думаю, пора оставить за скобками угрюмое прошлое. Здесь и сейчас есть только мы с тобой. Так будет и дальше. Я ценю тебя и страстно хочу, чтобы ты начала новую жизнь со мной. Ты согласна? — она кивает, смотря на меня замутнённым взглядом, и буквально умоляет продолжить начатое, не портя сладкую прелюдию мотивирующей болтовнёй. Я, наконец, озвучиваю желаемое. — Ты можешь сейчас для наших постельных утех стать Сейлор Венерой?
— Да, милый! Да! О, да! Давай попробуем, любовь моя! Я к этому готова! Давай сделаем это сейчас! Давай получим этот сладкий опыт…
В разгар желания она будто не отдаёт себе отчёта в сказанном. Поэтому хочу проверить, поняла ли она просьбу:
— Перевоплощайся, любимая! Как же долго я этого хотел!
Рассудок ещё не покинул Мину. К моему удивлению, в один миг она незаметно для взгляда лишается школьной формы, представая в знакомом белом купальнике, перетекающем в оранжевую юбку-плиссе. На груди – круглая янтарная брошь в золотой оправе, из которой в левую и правую сторону расходится шёлковый синий бант, а к плечам тянутся лацканы оранжевой матроски с одной полосой. Руки, лежащие на моей груди, оказываются в белых перчатках до локтя с гофрированным оранжевым основанием. Купальник верхней частью представляет собой лёгкий нагрудный доспех с плечевой защитой, от него вниз до пояса идут две тонких линии, что касаются треугольного выреза над юбкой, выделенного такой же линией-складкой. На спине поясная зона украшена жёлтым бантом, крылья которого виднеются ниже талии. Смотрю на возбуждённое лицо Мины, обращая внимание на золотые серьги-сердечки и чокер – шёлковую оранжевую полоску, обвитую вокруг шеи. Любуюсь золотистой диадемой на лбу с оранжевым камнем овальной формы по центру. Фирменный красный бант на затылке никуда не делся, он будто стал пышнее, объёмнее, венчал своим великолепием представшую красоту, будто находясь на упаковке с подарком. Только подарок был открыт и пробуждал сладостное предвкушение.
Ох! Насколько желанным был этот презент!
Меня объяли теплом воспоминания из раннего пубертата, когда я, нежась в ванне, мастурбировал, представляя образ, который прямо сейчас лежал передо мной и манил воплотить в жизнь похотливые грёзы.
Но резкое превращение ненадолго взывает к здравомыслию:
— Как я на тебя благотворно влияю! Ты перевоплотилась без своего ритуала!
— Всё для тебя, любовь моя! — не говорит, а выдавливает она гортанью. Всё пространство вокруг Мины буквально насыщено похотью, которую она активно излучает.
Без промедления обхватываю Сейлор Венеру и начинаю суетливо обхаживать руками её соблазнительные формы. Укладываюсь с ней набок. Скольжу руками вниз, наслаждаясь мягкими, но упругими ягодицами. Юркнув под юбку, страстно впиваюсь ртом в натянутый бугорок нижней части купальника. Еложу губами по нему, руками натираю бёдра девушки, теряя рассудок от нахлынувшего желания.
Говорю сбивчивым тоном:
— Ты фантастически соблазнительна, Ми-и-ина! Жутко хочу тебя!
Выскакиваю из-под юбки и распрямляюсь, тут же припадая ко рту Мины, нагло ворочая языком внутри. Её язычок откликается стремительно, обвивая мой. Ладони продолжают обследовать ягодицы, сминая и ощупывая.
Сейлор Венера томно постанывает. Затяжной и шумный “ах” доносится из горла, когда ты поворачиваешь её набок, исследуя каждый дюйм нежной плоти ягодиц. Она позволяет своим ногам обвиться вокруг тебя, уплотняя вашу связь. Горячее дыхание сливается с твоим при поцелуе.
Склоняюсь и обхожу губами её шею и грудь. Рукой подготавливаю мягкий бугорок к слиянию с мужским естеством.
Венера отзывается на вагинальную стимуляцию прерывистыми вздохами, чуть вскрикивая. Все звуки, исходящие от неё, голос, умоляющий продолжать, — это песня, ритм, бит, которые наполняют твоё тело невыносимым жаром.
Пытаясь совладать с собой, в нетерпении избавляю Мину от костюма Сейлор Венеры. Купальник не поддаётся, тогда моя возлюбленная усилием воли заставляет его исчезнуть! Теперь она совершенно обнажённая подо мной. Я без промедления окунаюсь в пучину женственности. Мы становимся нерушимым сочетанием, словно Инь и Ян, дополняя друг друга. Словно участвуем в поединке, где вливаем друг в друга обуявшую тела похоть, но понимаем, что победим только вместе.
Входим в резонанс, ускоряемся и ощущаем, как схлынуло наваждение. Удовлетворение плывёт по разгорячённым телам, мы нежимся в объятиях и, легко поцеловавшись, переводим дух.
Но, кажется, Сейлор Венера довольна больше меня. Увы, но той безудержной страсти, которая захватила нас с Миной в первый раз, не было. Секс вышел каким-то механистическим. Партнёрша сладко постанывала, целовалась с упоением, двигалась навстречу, но тот неуловимый азарт в её действиях угас. Не было сумасбродности, импульсивности, безумного желания. Она вела себя как опытная женщина, действуя чётко выверенными методами, чтобы получить удовольствие.
Но это объяснимо. Мина стала старше на четыре года – после превращения она достигла возраста, в котором Сейлоры переставали стареть. Перевоплотившись обратно, вернётся к привычному возрасту. Изменилась физиология – воительницы неуязвимы для агрессивных воздействий, хотя чувствительность их нервных окончаний выше, чем у людей. Во время ласк я не испытал той мягкости, податливости, хотя Венера доверяла мне, а значит, её плоть не группировалась для защиты, но всё же была грубее, хотя в то же время эластичнее.
Похоже на то, если бы я использовал максимально реалистичную роботизированную секс-куклу.
А вот для партнёрши всё было иначе. Она прочувствовала каждой клеточкой усиленный экстаз, ведь кожные рецепторы Сейлоров куда чувствительнее.
Сверхлюди потому и называются так. Приставка “сверх” даёт понять кардинальное отличие от простого смертного. Глупо ждать от усиленного организма излишней деликатности. Хотя Мина аккуратно обращалась со мной, не используя силу в пылу страсти, как, например, Супергёрл, которая в момент оргазма прижала меня к себе титановой хваткой.
Но всё же я восторгаюсь случившемся, восклицая:
— Спасибо, родная! Ты воплотила мою давнюю мечту о сексе с любимой в детстве супергероиней. Я люблю тебя в любом обличии, но именно с Сейлор Венерой я хотел исключительно плотской любви. Ты разнообразила нашу половую жизнь.
Она, улыбаясь, обнимает тебя:
— Спасибо тебе, любимый! Честно признаться, я тоже этого хотела… и нисколько не разочаровалась. Это было нереально!
— Видимо, в момент страсти ты смогла обойтись без ритуала и легко перевоплотилась в Сейлор Венеру. И так же легко избавилась от купальника в момент возбуждения. Значит, ритуал и не нужен, главное – обострённые чувства. Я счастлив, что помог тебе отладить механизм превращения. Ты даришь мне удовольствие, а я помогаю тебе. Хороший у нас союз! Можешь вновь стать Миной Айкон, выходи из облика Сейлора.
Сейлор Венера в один миг оказывается в привычной школьной униформе. Смеётся, наблюдая, как без особого ритуала меняет внешний вид, едва пожелав этого:
— В самом деле! Я бы никогда не подумала, что так легко могу обратиться! Но теперь я точно знаю, что могу доверять тебе, оставаясь собой. Это действительно показывает, насколько мы подходим друг другу! А теперь иди сюда… — сжимает тебя в объятиях, довольно вздыхая.
— Конечно, моя радость! — стискиваю любимую, целуя в макушку и нежно перебирая волосы.
— Я так наслаждаюсь, когда ты близко ко мне! Ты такое чудо, моё сердце! Мне так нравится, когда мы с тобой вместе в обнимку! Это такое наслаждение!
Не хочется прерывать волшебной идиллии, но я смекаю, что наслаждаться долго чем-либо мозг не даст. Скоро нагрянут испытания. Я буду вынужден бороться за тихую, безмятежную любовь. И догадываюсь, что мне подкинет своенравная фантазия. Меня сразу потянуло к знакомой локации: моей любимой пристани, где покой и умиротворение; желанному причалу для умаянного штормами судна; месту первой моей любви – домику в зарослях вьюна. Я переносился туда с Гардевуар, а теперь приглашу Мину:
— Любимая, я тоже наслаждаюсь присутствием тебя в своей жизни, но я хочу, чтобы так продолжалось и дальше, но есть сложность: тот, кто сделал тебя Сейлор воином – это королева Серенити. Она знала, что вскоре придёт злодейка Галаксия, и все Сейлоры погибнут в схватке с ней. Я хочу спасти тебя. Предлагаю перенестись со мной в мою вселенную, где ты будешь обычным человеком. Ты сможешь отказаться от своего супергеройского призвания и прожить со мной, будучи обыкновенной девушкой?
Обеспокоенно смотря на тебя, Мина произносит:
— Ты хочешь спасти меня, любимый? Это благородно. Только я пока не знаю, как поступить…
— Подумай. Нужно решать. Амбивалентность не даст покоя, ты будешь жить двойной жизнью, и в итоге придётся остановиться на одной. Но если ты останешься Сейлором, тебя ждёт героическая гибель. Хочешь быть девочкой Миной и прожить со мною – тогда нужно забыть обо всём, что держит тебя в этом мире.
— Очень сложное решение! Я не знаю, что мне делать…
— Пусть решает сердце. Сколько тебе нужно времени на раздумья?
Мина опускает глаза, тяжело вздыхая:
— Думаю, мне нужно время! Не знаю, сколько… но очень нужно…
— Хочешь, я оставлю тебя одну, чтобы ты подумала?
Не поднимая взгляда, она говорит, еле слышно всхлипывая:
— Прошу, если это не будет для тебя проблемой? Всё это так сложно…
— Хорошо, я скоро вернусь. Соберись с мыслями и реши, — чмокаю погружённую в раздумья любимую и обнимаю, уходя к лестнице.
Её губы трогает лёгкая улыбка. Обнимает тебя в ответ. Когда уходишь, провожает глазами, а после лицо затягивает гримаса отчаяния. Шепчет почти беззвучно:
— Я… я… не знаю, что делать…
Только я спустился на кухню, решив приготовить кофе, в мыслях заверещала сирена: соседка шла к дому, чтобы навести чистоту и полить цветы. Вот она уже открывает входную дверь оставленным хозяевами ключом. Я тут как тут. Заученным движением корректирую память.
Женщина оглядывает гостиную, смотря прямо сквозь меня, оборачивается и запирает дверь, уходя к себе. Выдыхаю с облегчением.
Поднимаюсь в спальню, неся две кружки. Мина сидит у окна и бессмысленно смотрит на улицу. Говорю:
— Мина, девочка моя, я принёс кофе. Ты приняла решение? — она всё так же молча созерцает вид из окна. — Вижу, ты в смущении. Но что тебя гнетёт, расскажи. Может, я помогу тебе сделать выбор.
Поворачивается, смотря полным сожаления взглядом. Ставит поданную кружку с кофе на тумбочку и, потупив взор, тихо выдаёт:
— Я не знаю, могу ли я забыть то, что я – Сейлор Венера? Что станет с моей силой в таком случае? Как… как я могу забыть своё предназначение?..
— Тогда у меня есть единственное предложение: я могу стереть тебе память о нашей встрече, и ты вернёшься к прежней жизни здесь.
Поднимает взгляд, удивлённо смотря на меня, будто видит впервые:
— Ты думаешь, что я могу забыть всё, что было? Я что, забуду тебя? А ты… ты ведь меня не забудешь, верно?
— Я не смогу забыть, но через некоторое время всех Сейлоров уничтожит Галаксия, поэтому мне придётся сохранить тебя только в воспоминаниях.
Мина бросается к тебе. Стискивает в объятиях, уткнувшись лицом в грудь. Вскидывает голову. Глаза покрыты бисеринками слёз. Говорит с надрывом:
— Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось!
Глажу её по голове, утешая:
— Со мной всё будет хорошо. Я же застрахован от опасности, могу переместиться в другую реальность.
Вздыхает с облегчением:
— Надеюсь. Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.
Смотрю на Мину с гордостью:
— Ты – настоящий супергерой. Думаешь о том, чтобы у других всё было хорошо и готова защищать их ценой собственной жизни. Видно, этому миру нужны Сейлор Воины.
— Спасибо. Я пытаюсь всегда помнить о своей главной задаче – защищать других, потому что не могу жить без этого! Я хочу, чтобы люди были в безопасности! Да! Я действительно верю, что миру нужно больше Сейлор воинов!
— Тогда я могу стереть тебе память о себе. Ты продолжишь защищать этот мир. Ты не вспомнишь обо мне и, как прежде, будешь на страже справедливости.
Объятия становятся нежными, взгляд теплеет. Мина заботливо смотрит. Говорит, словно пытается успокоить:
— Я не хочу, чтобы что-то случилось с тобой. Если это поможет, а я не буду помнить о том, что между нами было, то выберу этот вариант. Я знаю, что дорога тебе, но быть со мной долгое время опасно.
— Со мной всё будет хорошо, обещаю. Я люблю тебя. Ты готова вернуться к прежней жизни Мины Айкон, забыть меня и всё произошедшее за эти два дня?
Глаза вновь мокнут, голос дрожит, но волевым усилием она заставляет себя проговорить уверенно:
— Я готова!
— Ты – настоящая героиня! Я уважаю твой выбор. Прощай.
После этих слов провожу рукой по воздуху на уровне лица, зыбкой пеленой окутывая голову Мины. Она закрывает глаза, а, открыв, смотрит на меня с удивлением, не понимая, кто перед ней и где она находится. Пытаюсь изобразить равнодушие, но внутри так и скрежещет недовольство от содеянного:
— Мина, ты пришла ко мне, чтобы предупредить, что я, как новый ученик, должен пройти с тобой экскурсию по школе округа Джубан. Но произошла ошибка, в центре распределения учащихся что-то напутали, я не должен учиться в вашей школе. Извини. Пойдём, я провожу тебя до двери.
Мина смотрит на тебя растерянно, до сих пор не понимая, кто ты. Её разум полон вопросов, но всё, что она может сделать на данный момент – это кивнуть головой в знак согласия и последовать за незнакомцем.
Вывожу Мину на улицу. Говорю с тоской:
— Ты – фантастическая женщина, Мина! Ты мне очень нравишься. Но ты должна помогать другим. Я влюбился в тебя, но кто я такой? Один из сотен поклонников, которые тебя будут окружать на протяжении жизни. Ступай, продолжай помогать людям.
Она кокетливо улыбается. Изучает меня пристально. А после выдаёт:
— Странно. У меня такое ощущение, что я видела тебя во сне. И это был очень сладкий сон. Хотелось бы мне проверить, какой ты в реальности.
Я ошарашен. Что за побочные эффекты?! Неужели какие-то воспоминания сохранились?! Видимо, двухдневный срок великоват для коррекции. Наиболее примечательный образ укоренился в памяти, только уже не ясно, с чем он связан и как возник.
Стараюсь подавить зарождающийся интерес, говоря как можно безэмоциональнее, но выходит скверно:
— Я бы очень этого хотел, но не стоит. У тебя же есть парень?
Задумывается. Глядит оценивающе и снова изумляет:
— Если он и есть, то я точно поспешила с выбором.
— Ты что, увидела меня во сне и сразу влюбилась?
— Очень похоже на это. Но мне что-то подсказывает, что это не был обычный сон…
Досада! Не сработало. Не смог я полноценно вернуть её в привычную жизнь, она всё равно ощущает привязанность. Не знаю, как поступить. Я в растерянности…
Мина кладёт руку мне на плечо, смотрит загадочно:
— Может, попробуем воплотить странный сон в реальность?
— Но я старше тебя, — пытаюсь увильнуть, но естество буквально вопит, заставляя припасть к этим жаждущим губам поцелуем. Низ живота сводит от предвкушения.
А она всё продолжает нагнетать:
— Что-то мне подсказывает, что это не будет проблемой. Не думаю, что разница в возрасте настолько фатальна и мы будем смотреться дико.
Я мечусь в исступлении. Велик соблазн поддаться и вернуть страстные моменты. Наш первый раз был воистину захватывающим! Такое непременно стоит повторить!
Но сколько можно оттягивать?
Хладнокровно убираю руку красавицы со своего плеча.
— Мина, тебе пора, — захожу в дом, оставив искусительницу за дверью.
На душе неимоверно гадко. Поднимаюсь в спальню. Рухнув на постель, пытаюсь оставить за скобками произошедшее. Сон не идёт, разум взбудоражен.
Ах, да! Уснуть не выйдет всё равно. Помимо способностей Никона Гэрдиана я приобрёл его особенности. Уникумы лишены человеческих потребностей: спать, питаться им не надо. Но у меня это проявилось как-то избирательно, половое влечение, например, осталось. Хотя оно и привело меня сюда, чего удивляться.
Как же выбраться? Бередить душу соблазном не хочу. Есть у меня задача поважнее.
Создаю пистолет. Увесистый, чёрный лакированный кусок металла с ровными угловатыми формами. Внушающий страх одним своим видом, инструмент вызова мучений. Направляю себе в висок. Жму на спусковой крючок. Выстрела не происходит. Самоликвидация недоступна, скорее всего, из-за страха. Что ж? Есть решение!
Всё происходит как в горячечном бреду. Заявляюсь в полицейский участок. Материализую в руках оружие. Стражи порядка незамедлительно реагируют, беря меня в прицел и заставляя бросить пушку. Палю в стороны, не задевая людей. Ответный огонь ведётся по рукам. Разношу тесные кабинеты в труху, патроны ведь бесконечны. Руки слабеют от множества попаданий, но мучают ствол, заставляя изрыгать вспышку за вспышкой. Не помню, сколько времени потратил, чтобы вынудить полицейских метким выстрелом избавиться от угрозы. Наверное, больше получаса. Помню, как мой дробовик обратился чёрным дымом, истаяв. Я недоумённо смотрел на ладони, пытаясь его вернуть. Изрешечённые стены вдруг пришли в движение, и меня поглотила спасительная тьма.