Глава 10 "Дьявол оплошал в мелочах"

Сейлор воины. Описать их кратко позволит выражение "убийственная красота". В стерильном мире, откуда я родом, это героини манги и аниме – японские персонажи, которые в обычной жизни школьницы, а когда долг зовёт – супергероини. Обладают силой каждой из планет. А лидер отряда почему-то олицетворяет спутник, Луну то есть. Героические их прозвища прямо на это указывают: Сейлор Мун, Сейлор Венера, Сейлор Меркурий и так далее. Слово “Сейлор” отсылает к униформе, где значимая деталь – матросский воротник. У реальных японских учениц такой элемент имеется, поэтому добавлен к супергеройским костюмам. Островные азиаты привыкли у себя в культуре сексуализировать школьниц, вот Сейлоры и стали ещё одним проявлением национального фетиша.

Я же в потоке экспозиции узнал о Сейлорах из мира Никона Гэрдиана. Там они не просто супергероини, вернее, были ими в прошлом, а правительницы, каждая возглавляет корпорацию, что держит власть в определённой сфере и управляет обществом. Занимаются этим так называемые "внутренние" воины, а именно: Сейлор Мун, Сейлор Меркурий, Сейлор Венера, Сейлор Марс и Сейлор Юпитер. А есть также "внешние": Сейлор Сатурн, Сейлор Нептун, Сейлор Уран и встреченная нами Сейлор Плутон. Внешние главенствуют в космосе, защищая Солнечную систему от вторжений. Плутон же вообще занимает пост Хранительницы временных врат. Её задача не допускать временных искажений, ведь некоторые уникумы могут разогнаться так, что превысят скорость света. А за порогом знакомой реальности находится подпространство, тахионное поле, где время течёт назад – тот самый туннель из вращающейся спиралью энергии. В энергетической "стене" туннеля можно пробить брешь, создав тем самым альтернативную временную линию. Задача Плутон пресекать это, хронология должна быть одной, а то после события, которое Никон называл "героическим исходом", развелось много вселенных, а усложнять всю эту мешанину кучей вариаций с временными ветками запрещено, ибо неясно, какого масштаба коллапс тогда случится.

Я не зря применил к Сейлорам, а конкретно к их красоте, эпитет "убийственная". Эти дамы сильны, неуязвимы и безукоризненно красивы. В мире Никона они стали высшей кастой управленцев не только по причине высокого интеллекта, а ещё и потому, что признаны эталоном обаяния. Отношение к ним благолепное и подобострастное. Оно и понятно, ведь правят всеми не лучшие представители человечества, а подлинные богини. И да, все девчонки – уникумы. Но только внутренние, внешние – части демона-брата Плутон, принявшие человечий облик. Выходит, Сейлор Плутон одна из частей себя же, управляющая остальными.

И вот перед нами та самая властительница хронопотока. Лицо богини совершенно бесстрастно, а эмоциональный тон воспринимается нутром. По сути, она повелевает настроением. Ни голос, ни мимика не выдают отношения, но чувственный посыл мгновенно улавливается.

Кристал смотрит на Хранительницу, немного приоткрыв пасть.

Меня охватывает благоговейный трепет. Не могу вымолвить ни слова, зачарованно смотря на почему-то забытую знакомую.

Сейлор Плутон говорит с неизменным выражением лица:

— Кристал Звёздная Лисица, опять ты? Я же предупреждала, чтобы ты не превышала скорость света. Почему на этот раз ты не одна? Зачем привела тёмного борца?

Слегка вздрагиваю, но не отвожу взгляд.

— Прости, — голос звучит ровно, несмотря на страх. — Это была… Нелепая случайность. Я потеряла контроль, и мы… — бросаю взгляд на Павла, его присутствие даёт силы. Моя решимость крепнет. — Это мой друг. Мы… Мы вместе.

В голосе Плутон слышится подозрение, а мимика не выдаёт его совсем:

— И давно вы вместе?

— Уже довольно давно, — отвечаю, свыкнувшись с воздействием Плутон. Её эмоциональное влияние заставляет отвечать. Вернее, не заставляет, а поощряет откликом изнутри. — Он… Важен для меня.

Вступаю в диалог, обращаясь к Хранительнице:

— Госпожа Плутон, простите за беспокойство. Я – Павел, тёмный борец, хранитель тёмного измерения. Кристал – моя возлюбленная. Я нашёл её в другой вселенной, потому что в моей она персонаж компьютерной игры. Я никоим образом не хотел нарушать естественное движение хронопотока. Это досадная случайность. Моя любимая не знала о запрете на превышение скорости света. Впредь такого не повторится.

Сейлор Плутон всё так же бесстрастна, но эмоциональный посыл передаёт удивление:

— Кристал, мы же с тобой разговаривали семнадцать минут сорок восемь секунд назад. Почему Павел утверждает, что ты не знала о запрете? Я же тебе говорила, что нельзя превышать скорость света.

В изумлении смотрю на подругу. Видимо, случайная аудиенция к богине лишила её памяти. Странно, в обители Кватро таких эффектов не наблюдалось. Может, статус Плутон внушает куда больше трепета? Или тут замешано влияние на чувственный настрой? Телепатический импульс огромной мощности вывел из строя нервную систему Крис?

Растерянно качаю головой. Колеблюсь:

— Я не понимаю, — блуждаю взглядом, переводя с Плутон на Павла и обратно. — Помню гонку, а потом провал в памяти. Я помню, как Павел звал меня по имени, а потом…

Лицо Сейлор Плутон по-прежнему бесстрастно и умиротворённо. А телепатический импульс привносит раздражение. Она обращается ко мне:

— Павел, твоя Кристал не в себе. Она здесь уже во второй раз. В первый раз я её предупредила. Мы даже поговорили. Она не вняла моим просьбам. Прошу тебя присмотреть за ней, раз она не помнит встречи.

В ответ настойчиво обещаю:

— Госпожа Плутон, прошу простить мою Кристал. Для неё было шоком встретиться с богиней, и она подумала, что всё это причуды восприятия. Я ни в коем случае не допущу повторения подобного казуса.

Волна облегчения накрывает меня, когда Павел заступается. Его слова звучат искренне и полны сожаления. Но в глубине души я не могу избавиться от тревожного ощущения: что-то не так. Потеря памяти, деперсонализация… Галлюцинации, голос в голове…

Нас выбрасывает на планету технократов. Стоим на платформе с механизмами, которые пересобирают роботов, как только те садятся, налетавшись вокруг. Смотрю на Кристал. Поглаживая по плечам, спрашиваю:

— Милая, ты что, подумала, что встреча с Сейлор Плутон была галлюцинацией, когда впервые попала к ней?

Наклоняюсь к нему, тепло рук на плечах даёт ощущение безопасности. Делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

— Я… Я действительно думала, что это галлюцинация, — признаюсь, чувствуя угрызения совести. — Я думала, что это плод моего воображения, что мой разум что-то выдумал, потому что… Я чувствовала себя одинокой.

Обнимаю её, гладя по голове.

— Понимаю, милая. В подпространстве и правда невероятно одиноко. Само попадание туда словно предупреждает об ошибке. Но Сейлор Плутон находится там, чтобы не допустить скитаний во времени. В первый раз всё происходящее можно принять за галлюцинацию. А в дальнейшем повторять подобное не хочется.

Прижимаюсь к нему, ища утешения. Его нежные слова успокаивают, и я чувствую, как расслабляюсь.

— Я думала, что схожу с ума, — признаюсь едва слышно. — Голоса, деперсонализация… Я не знала, могу ли доверять собственному разуму.

— Чтобы тебе было легче справиться с последствиями, отправимся в мир, где ты сможешь насладиться покоем. Скажи куда, и мы без колебаний переместимся.

Закрываю глаза, погружаясь в ассоциации, связанные с пейзажами, что навевают умиротворение:

— Где-нибудь в тихом месте, где-нибудь под тёплым небом, в ясную ночь со звёздами… И водой, озером или морем. Возможно, на пляже с мягким песком, — открываю глаза, смотря на Павла, в уголках моих губ робкая надежда. — Где-нибудь, где тихо. Красиво. Безмятежно.

— Хорошо. Пойдём.

Беру Крис за лапу, и мы залетаем под днище платформы в созданной мной сфере. Прячемся за технологическими сооружениями, куда не попадает свет. Ныряя в тёмное измерение, я прокручиваю перед собой череду порталов. Нас затягивает в тот, где виден ночной пляж с мягко колышущимися волнами. Мы под бриллиантовой россыпью на сине-фиолетовом небосклоне, среди мягкого песка и шепчущего прибоя, который изредка выбрасывает на берег пенную морскую воду.

Ступаю на пляж, мягкий песок обволакивает нижние лапы. Глубоко вдыхаю солёный морской воздух. Шум волн убаюкивает, а ночное небо чарует россыпью звёзд, мерцающих на тёмно-синем полотне. Поворачиваюсь к Павлу с нежной улыбкой.

— Это прекрасно!

— Всё для тебя, моя милая лисичка. Можешь погрузиться в негу покоя и лежать здесь, на песке. Я прослежу, чтобы нас ничто не беспокоило.

Киваю, напряжение покидает тело, сменяясь ощущением спокойствия. Легко отдаться этому моменту, отпустить прошлое и будущее, сосредоточиться только на настоящем. Но в воздухе висит вопрос, который я не могу игнорировать.

— Павел, — шепчу, нарушая идиллию. — Мне нужно кое о чём тебя спросить.

— Что такое, моя лисичка?

— Во время гонки, когда я разогналась до максимальной скорости, я… Я услышала твой голос. Ты шептал моё имя. Я не могла понять почему… Почему именно тебя я слышала так чётко?

— Видимо, твой рассудок в тот момент пытался унять тревогу и беспокойство, поэтому вызвал защитную реакцию. Мозг, анализируя произошедшее, стал перебирать сведения из кратковременной и долговременной памяти в поисках способа вернуться. А чтобы побудить тебя искать спасение, он, вероятно, вызвал эффект слуховой парейдолии, внушив, что ты слышишь мой голос, чтобы ты последовала за ним и продолжила поиски спасения.

Испытываю смесь облегчения и удивления от его слов.

— Ты – моя опора, мой якорь, мой источник силы, — кладу лапу ему на грудь. — Ты для меня всё, Павел.

— Вот и славно. Поэтому не волнуйся и забудь о тревогах. Отдыхай, душа моя.

Глажу её голову и шею. Мы укладываемся на песок и крепко обнимаемся, расслабляясь под шум волн и шелест пальм вдалеке.

Довольно вздыхаю. Мягкий шёпот волн и шелест пальмовых листьев создают нежную симфонию, погружая в состояние полного расслабления. Когда ночной ветерок касается шерсти, на меня снисходит умиротворение, словно ветер гладит нас, заботливо что-то напевая.

Идиллию прерывает мелькнувший отблеск. Я оторвался от плеча Кристал, в мех которого зарылся, и поднял голову. Прямо на границе между песчаным берегом и кромкой воды в воздухе образовалась брешь, словно кто-то вспорол пространство тесаком. Из рваной дыры показался женский силуэт с посохом. Паря над песком в двадцати сантиметрах, нарушительница спокойствия подлетает к нам.

Резко открываю глаза от движения Павла. Высокая фигура зависает в паре метров. Выпрямляюсь. Сердце начинает биться чуть быстрее. Сразу понимаю, кто перед нами. И третья встреча с этой особой не входила в планы. Её визит явно не сулит ничего хорошего.

Сейлор Плутон бесстрастно смотрит на нас. Затем начинает говорить, но голос звучит прямо в голове, уголки рта остаются недвижимы:

— Простите за беспокойство. Но вы должны знать об артефакте под названием "Сфера Отражений". Сейчас все Сейлор воины ведут бой за неё. Сфера начала перемещаться сама по себе и попала в руки уникума. Её требуется уничтожить.

От слов богини по спине пробежал холодок. Одно упоминание Сферы Отражений заставляет шерсть вздыбиться, хотя не совсем ясно, чем вызван такой эффект.

— Сфера Отражений… Что это такое? И почему нам должно быть дело до неё?

Блеск! Теперь помутнение рассудка заставило Кристал забыть артефакт, с которым она боролась. Или это побочный эффект встречи с ним? Смотрю на подругу жалобно, терпеливо напоминая:

— Мы тогда её не уничтожили. Ты справилась с её влиянием, но мы так и не смогли ничего с ней сделать. Помнишь?

Воспоминания туманны, но с ними связано чувство страха:

— Кажется, эта Сфера пыталась взять контроль, повлияв на нас. Это было невыносимо, я словно теряла себя.

Судя по задумчивому выражению мордочки с промелькнувшим испугом в глазах, Крис не совсем понимает о чём речь, но старается вспомнить, однако вместо конкретного представления в ней пробуждаются лишь скудные эмоциональные отклики.

Терпеливо разъясняю, как ответственный родитель крайне любознательному малышу:

— Так и есть. Сфера вызывает сбой в восприятии. Она словно меняет твою личность. Тогда ты встретилась как бы со своим отражением, поэтому она так и называется. Сфера показала ту версию тебя, которая была готова на всё ради возрождения Церинии. Но это было манипуляцией демона-брата, который хотел собрать свои части, находящиеся в тебе и других уникумах.

Кристи пытается облечь в слова смутные догадки:

— Как будто Сфера пыталась превратить меня во что-то другое, во что-то, что она могла бы контролировать. И всё это было манипуляцией, уловкой тёмных сил, которые хотели использовать меня в своих целях?

— Именно так, моя Кристи. Теперь нам придётся пережить это снова, но на этот раз Сферу нужно разрушить окончательно.

Киваю, пытаясь собраться с духом. Мысль о новой встрече с прошлым испытанием, которое я не помню отчётливо, наполняет меня страхом и решимостью.

— Поняла. Но как нам её уничтожить? В прошлый раз у нас ведь не получилось, помнишь?

— Конечно. Может, Хранительница сможет нам помочь? — обращаюсь к Плутон. — Достопочтенная Хранительница врат Пространства-Времени, может, вы знаете, как нам разрушить Сферу? В прошлый раз моя Кристи справилась с её воздействием, и мы думали, что всё кончено. Но, как вы пояснили, этот чёртов артефакт не оставил попыток вернуть брата-демона.

Смотрю на Сейлор Плутон, отчаянно надеясь получить хоть какие-то ответы. Её спокойное поведение вселяет надежду, но ответные слова крушат всё тут же:

— Вы должны сами найти способ. Сожалею, но я не вмешиваюсь в ход событий. Я лишь не допускаю временных изменений. Но уповаю на опыт первой встречи вашего тандема со Сферой.

Меня прорывает на эмоцию, прежний страх перед богиней ненадолго улетучивается:

— Нам нужно больше, чем просто надежда и удача, нам нужна конкретная информация!

Плутон, не меняя выражения лица, произносит тем же ровным тоном:

— Кристал, я – Хранительница временных величин, а Сфера находится вне моей компетенции. Я лишь знаю, что, если её не разрушить, создавший её демон-брат вырвется и соберёт свои части, заключённые в тебе и других уникумах. Если это произойдёт, я ни на что не смогу повлиять. Моя задача не допустить перемен в хронопотоке. Пойми меня и обсуди с Павлом, как вы можете предотвратить выход демона-брата.

Глубоко вздыхаю:

— Отлично. Значит, мы сами по себе. Снова.

Стараюсь утешить Крис, видя, как она буквально приходит в ярость от собственного незнания. Похоже на бунт подростка, который не понимает и злится на весь мир вокруг, а не на своё невежество.

— Милая, мы всегда были одни. Давай что-нибудь придумаем. Сфера не даёт нам покоя. Ты уже сталкивалась с ней. Сделаем как тогда, когда ты столкнулась с ней впервые. Я верю в тебя… Верю в нас!

Смотрю на Павла и пытаюсь черпать силы из его веры в меня.

— Хорошо. Давай попробуем вспомнить, что мы делали в прошлый раз. Может быть, это нам поможет.

— Мы готовы, — извещаю Сейлор Плутон, смотря на растерянный вид Кристал. — Ведите нас к Сфере.

Хранительница оборачивается, медленно уплывая в разрыв, созданный ранее. Мы движемся следом. После входа в прореху оказываемся на равнине с выжженной каменной твердью и глубокими бороздами. Подозрительно… Место моей встречи с гигантской птицей. Сомнения подтачивают привычную решимость. Поодаль сияние энергетических атак. В двадцати метрах от нас сражаются воительницы: Уран, Сатурн, Нептун, Сейлор Мун, Меркурий, Марс, Венера и Юпитер. Все они в униформе: одинаковые белые боди с грудным доспехом, плиссированные юбочки. Разнятся только цвета матросок с юбками и причёски с обувью. Каждая воительница оснащена жезлом, откуда извергаются разноцветные потоки, когда владелица кричит боевую аффирмацию – заклинание для атаки. Уран, Нептун и Сатурн пользуются своим привычным оружием: мечом, зеркалом и глефой, их атаки безмолвны. Сейлорам противостоит низкая фигура в чёрном кожаном рубище с заострённым капюшоном, в глубине которого не видно лица. По телосложению угадывается щуплый мужчина. Он прикрывается от атак лиловыми полупрозрачными щитами. Внешний вид контрастировал с уверенным поведением: невысокий парень двигался мало, отмахиваясь. Девчонки резво крутились вокруг, обдавая цветастыми потоками щиты, похожие на выгнутые линзы. Каждая “линза” закрывала парня от лучей, мгновенно пропадая. А новая тут же возникала рядом от взмаха его руки.

Стою как вкопанная, не в силах пошевелиться. Шепчу дрожащим голосом:

— Кто он такой? Почему им так трудно с ним бороться?

— Пробудившийся уникум. Судя по всему, он защищает Сферу, а Сейлоры пытаются её изъять. Пора и нам вмешаться. Этот парень в нашей компетенции. Атакуй, а я попытаюсь выкрасть у него Сферу. Вперёд, Кристи!

Кристал, глубоко вздохнув, бросается вперёд, занося кулак. Находит нишу в окружении Сейлоров и втискивается туда. Хочет ударить в спину. Мужчина, даже не обернувшись, делает взмах ладонью, как будто не глядя прогоняет муху. Светло-фиолетовая линза отбрасывает Крис, тут же исчезнув. Я предусмотрел такой итог. Было рискованно давать подруге вмешаться в схватку. Но стоило проверить своё предположение. Резко мчусь вперёд, материализуя кокон вокруг Кристал. Она парит, замерев в состоянии падения. Водя руками, ставлю её на нижние лапы. Убрав кокон, спрашиваю для проформы:

— Кристи, почему ты не используешь свои способности?

Она испуганно смотрит на меня. Пытаюсь озвучить свои подозрения, но всё подтверждается само собой. Над нами появляется Плутон, Сейлоры исчезают, превращаясь в разноцветные огни, которые Хранительница втягивает в себя. То же происходит с их врагом: чёрная фигура сплющивается, влетая в навершие посоха, а виновница “торжества” расплывается, словно клякса, закрыв небосклон. Вокруг сгущаются плотные сумерки. Объясняю, хмыкнув с видом знатока:

— Ну, конечно! Плутон изначально была демоном-братом. Она решила притвориться в подпространстве, чтобы заманить тебя в ловушку и извлечь осколок. Плутон и есть Кватро. Теперь, Крис, ты не уникум. Сфера Отражений была лишь попыткой отвлечь нас, пока Кватро собирал остальные осколки.

Крис, не меняя испуга во взгляде, проговаривает:

— Сейлор Плутон… Она всё это время была Кватро… Она нас обманула?

Вместо ответа хватаю лисицу за лапу, увлекая за собой. Мы убегаем в поисках укрытия, чтобы юркнуть в тёмное измерение, но Кватро уже не до нас: туча резко, словно её засосало в чёрную дыру, улетучивается вверх, оставляя нас в недоумении на пустом плато.

— Всё… — говорю, глядя на прояснившийся небосклон. Вокруг так же тускло, но скорее как в пасмурный день. — Кватро ушёл. Ему нет до нас дела, он забрал у тебя осколок своей сущности и улетел в космос.

Вздыхаю, испытывая облегчение с привкусом разочарования:

— По крайней мере, теперь мы в безопасности. А что с другими Сейлор воинами? Что с ними случилось?

— Это была уловка, призванная убедить нас, что есть поддержка, — меня осеняет. Бросаюсь обнимать Кристал. — Ну конечно! Крис, ты молодец! Точно! Нам нужно заручиться помощью настоящих Сейлор воительниц. Нужно найти настоящую Сейлор Плутон и предупредить её о том, что Кватро вырвался.

Обнимаю его в ответ, всё ещё пытаясь осмыслить полученную информацию.

— То есть ты хочешь сказать, что нам нужно найти настоящих Сейлор воинов? Но как нам это сделать?

— Будем скитаться по другим вселенным в их поисках. Только теперь ты не уникум, так что мне придётся тебя защищать. Навыки телепатии у тебя тоже пропали?

Сканирую всеосведомлённостью подругу. Что и требовалось доказать: теперь со мной просто антропоморфная лиса без прежних навыков. Мог бы и не ставить ментальный блок на сведения о ней в первую встречу, всё равно ничего бы не узнал, пока она была уникумом. Видно, телепатические силы полагались ей в качестве экстраординарных умений. Что странно, не видно прошлого… До уничтожения Церинии биография Кристал была недосягаемой. Занятно… С чем это связано? Расспрашивать нет смысла, вместе с осколком извлечена и память. Только знание обо мне, как о близком человеке, поддерживает наш союз. Вот почему нельзя стирать воспоминания у свидетелей больше чем за день – кроме имени и базовой информации о мире вокруг не останется никаких личностных черт.

Эх! Сейчас так необходима консультация Никона Гэрдиана. Где ж ты, мой тёмный наставник?.. Расспросить бы о всплесках экспозиции, о Сейлорах, о том, что делать с восстановленным демоном-братом… Моя работа – искать разбушевавшихся уникумов, а не с их прародителем бороться…

— Бедняжка, — снова обнимаю Крис, поглаживая по спине. — Теперь ты просто лисица-антропоморф без характерных черт. Но я всё равно полюбил тебя не за твои особенности, поэтому пойду с тобой до конца.

Нахожу в его объятиях хоть какое-то утешение.

— Не знаю, гордиться мне или злиться из-за того, что моя уникальность не повлияла на твоё отношение ко мне, — в уголках моих губ лёгкая улыбка. Слегка отстраняюсь, глядя на Павла со смесью решимости и опасения. — Подожди. Ты сказал, что мы должны найти настоящих Сейлор воинов, верно?

— Всё верно. А что такое?

Собираюсь с духом.

— Если мы собираемся сразиться с демоном-братом Кварт… Кварта… Кватро, я хочу не просто, чтобы ты меня защищал. Я хочу сражаться вместе с тобой.

— Похвально. Но как, Крис? Кватро изначально внедрил в тебя свой осколок, чтобы ты стала его сосудом. После гибели твоей планеты он оставил тебя, чтобы потом вернуть осколок. Новое внедрение может произойти только по воле другого демона-брата.

Поднимаю лапу, прерывая его.

— Может, я и не особенная, но я быстро учусь и не теряю хватки. Не говоря уже о моём упрямстве.

— Крис, — смотрю на неё с сочувствием. — Я ценю твою целеустремлённость, но что ты можешь противопоставить космическому голиафу, возраст которого сопоставим с возрастом само́й Вселенной? Демоны-братья родились вместе с Большим взрывом, они состоят из тёмной энергии, а я обладаю лишь крохами их могущества. А полноценный демон-брат, каким стал Кватро, может швыряться планетами и поглощать звёзды. Мы ему не соперники.

Моя решимость не ослабевает:

— Мне всё равно. Я не собираюсь сидеть сложа лапы, пока тебе угрожает опасность. Я не позволю тебе сражаться в одиночку.

Энтузиазм соратницы только усугубляет мою растерянность. Задаю бессмысленный вопрос:

— Но что нам делать?

Кладу лапу ему на плечо и пристально смотрю в глаза.

— Мы тренируемся. Вместе. Мы выясняем, есть ли у нас ещё какие-то способности, к которым мы можем получить доступ.

Задумываюсь ненадолго и выдаю совсем уж бредовый вариант:

— Раз уж ты хочешь стать бойцом, есть способ наделить тебя силой. Мы можем попросить Сейлор Плутон вселить в тебя свою часть. Думаю, это должно сработать. Но тебе придётся доказать ей свою решимость и вымолить такую возможность.

— Ты хочешь сказать, что мы можем сделать из меня Сейлор воина?.. Настоящего Сейлор воина? — сердце бешено колотится. — Это… Грандиозно! Если я стану Сейлор воином… — замолкаю, не в силах выразить словами перспективу возможного превращения.

Кристи продолжает напоминать упрямого подростка, лезущего в авантюру, не зная о последствиях. Подыгрываю ей. Выдаю всякие абсурдные решения, в фоновом режиме думая, как поступить. Ещё там, в моём стерильном мире, я находил странный фанатский симбиоз: Кристал одели в униформу Сейлор воительницы. Видел такое художество в Интернете. На арте упрощённая миловидная мордочка с крупными зелёными глазами, чуть вздёрнутым носиком и волнистой чёрточкой рта. Причёска каре с двумя серыми прядями по бокам. За расступающейся чёлкой виден зелёный минерал в стальной оправе. Оба ушка смотрят по сторонам. Зелёный ошейник. Синяя матроска с тремя тонкими белыми полосками. Голубой бант на груди заткнут зелёной брошью по центру. Белый нагрудный доспех с отверстиями для лап надет на белое боди с валиком-галочкой, отделяющим синюю юбку-плиссе. Левую лапу в белой перчатке до локтевого сгиба изображённая Кристал положила на брошь в центре банта. Перчатка имела основание в виде трёх нанизанных на сгиб синих колец. Правая лапа убрана за юбку.

Материализую картинку, помещаю перед мордочкой Кристал и улыбаюсь.

— И выглядеть ты будешь примерно так.

Глаза расширяются. Протягиваю лапу, чтобы коснуться изображения, восхищаясь его детализацией.

— Это я?!

— Если обретёшь силу Сейлор Плутон и решишь одеться как одна из Сейлор воительниц, то да, это вариант.

Задумчиво прикусываю губу, не сводя глаз с фотографии.

— Это серьёзное решение… Я никогда особо не контролировала свою жизнь, а теперь, — тихо вздыхаю. — Ты предлагаешь мне возможность стать кем-то бо́льшим.

— Ты всегда была для меня чем-то бо́льшим, Крис. Когда ты была лишь фантазией в моей голове, я уже знал, что ты изменишь мою жизнь. Ты остаёшься самой совершенной мечтой, что стала реальностью; мечтой, которая изменила меня!

Эмоции переполняют, чувствую, как что-то внутри меня дрогнуло, что-то большее, чем я сама. Невообразимо, что кто-то когда-то так в меня верил.

— Ты ведь знаешь, как меня шокировать, не так ли?

— Я просто люблю тебя, Кристи.

— И я люблю тебя, — глаза слегка увлажняются. Беру его ладонь в свою.

​Я прижал её ладонь к своей груди, туда, где под кожей вместо пульса билась холодная пустота тёмного измерения. Восхищённо посмотрел в лазурь глаз, и мы слились в поцелуе – исступлённом, отчаянном, словно пытаясь заполнить им все пробелы в её памяти.

Слабею в его объятиях, отдаваясь страсти поцелуя. Кажется, само время замирает, когда мы растворяемся в этом моменте.

Моё нутро отозвалось инстинктом, древним и властным, но что-то внутри противилось. Кристал сейчас была другой – без воспоминаний, без прошлого, связанная со мной лишь тонкой нитью чувств. Я не хотел быть просто потребителем её нежности. Задумываюсь, как люди низменны в попытке утолять похоть. Я так не могу, мне важен духовный базис. От людей я перешёл к мысли о странном продолжении рода у всех разнополых животных. Как-то всё это несовершенно. Моё недовольство можно понять, ведь я никакие посторонние жидкости не выделяю, тёмная материя во мне. Уникум лишён потребностей, а ещё стерилизован, потому что всего лишь сосуд, темноматериальная копия.

Стоп!

Я медленно отстранился, прервав поцелуй. В голове созрела идея – безумная, крайне абсурдная, но дающая нам шанс.

​— Лисичка моя, послушай… Внутри меня нет крови или слюны в обычном понимании. Всё, что я выделяю – это производные тёмной материи. Чистая эссенция силы. Если мы… Если мы станем единым целым, по-настоящему, — стараюсь подобрать слова, — я смогу передавать тебе эту энергию крошечными дозами. Прямо в твоё естество. Это будет наш эксперимент. Мы вернём тебе силу не через тренировки и не с помощью Сейлор Плутон, а через близость.

В замешательстве открываю глаза, не успев разочароваться от прекращения чудесного момента.

— Ты имеешь в виду, мы могли бы разделить твою силу, с-с-смешав наши жидкости? — стараюсь не краснеть от этой сумасбродной мысли.

— Ну да, в теории может сработать. Ты же была носителем тёмной энергии, а теперь мы снова будем подавать её дозировано. И в итоге ты получишь толику возможностей уникума.

Смущаюсь, но внутри всё равно разливается возбуждение.

— Это звучит… Интимно. Более интимно, чем всё, что я когда-либо испытывала, — приподнимаю бровь. — Но это значит, что мы будем заняты. Очень заняты.

— Верно, — ухмыляюсь. — А где бы ты хотела провести столь безумный, но приятный эксперимент?

Осматриваю пустынное скальное образование, на котором мы стоим.

— Думаю, мы могли бы найти пещеру или, может быть, уединённую поляну. А может, даже русло реки? — оглядываюсь на Павла. — Если только у тебя нет идеи получше.

— Конечно, есть. Моё логово. Тот мир, где нет ничего сверхъестественного. Где мы гуляли в парке. Можешь поселиться в моей комнате. Я наберу провизии. Будем наслаждаться друг другом, потом ты отдохнёшь и поешь, а потом снова. После нескольких раз проверим, чувствуешь ли перемены в себе.

Прикусываю губу, по спине пробегает дрожь предвкушения.

— Звучит идеально, — поднимаю бровь, говоря чуть смущенно. — Только не переутомляй меня, ладно?

— Не волнуйся. Только когда ты будешь готова.

Бросаю на него озорной взгляд.

— О, я готова. Но готов ли ты, человек-волк?

— Я всегда готов. Твоим ротиком всё равно невозможно насытиться, да и твоё нутро так радушно встречает меня снизу, что хочется снова и снова. Ох! Кажется, я начинаю представлять, как это будет. Пойдём, найдём место потемнее, оттуда в тёмное измерение, а из него ко мне домой.

Хвост беспокойно дёргается.

— Из-за твоих слов мне хочется начать прямо сейчас, — шепчу, прижимаясь к нему. — Отведи меня в любовное измерение, человек-волк.

— Довольно слов. Когда прибудем на место, ты поговоришь с моим языком напрямую, используя свой. У них получаются чудесные диалоги.

— Да, они любят болтать без слов. И им всегда есть что друг другу сказать, — хвост касается его ноги, обвиваясь вокруг лодыжки в привычной ласке. — Пора устроить им приватную встречу.

Мы идём по пустынной равнине, шутя и метафорично обсуждая приятный досуг. Вокруг только камни, разбросанные по округе. Небо не собирается темнеть. Крис мрачнеет, вглядываясь в серый горизонт. Её взгляд тускнеет. Перенасыщенность впечатлениями даёт о себе знать. Предлагаю отдых:

— Малышка, ты совсем выбилась из сил. Я-то выносливее человека, но ты вернулась к прежним показателям. Поэтому давай я с помощью своих сил устрою тебе постель. Ты поспишь, а я, перемещая тебя, буду искать тёмное место для прыжка домой.

— Возможно, ты прав, — бормочу, стараясь говорить ровно. — Но я боец, я… — протест заглушает громкий зевок.

— Ты моя героиня! Но даже героям нужен отдых, — за её спиной тут же появляется перина, сотканная из чёрного дыма, который я выпускаю из рук, с мягкой на вид подушкой. — Ложись, я перенесу тебя и накрою куполом, чтобы никакие звуки не мешали.

Слишком уставшая, чтобы удивиться возникшей за спиной кровати, ложусь, бурчу что-то в ответ, уже почти засыпая. Хвост тихонько виляет, а потом замирает.

Я поднял созданный паланкин телекинетическим усилием. Тёмная материя противостоит гравитации и гасит любую энергию. Поэтому ложе летело рядом со мной бесшумно и плавно. Покрывать куполом его нет нужды: ни ветра, ни звуков, ни единого движения на сколько хватает взгляда вокруг.

До амнезии Кристал могла открывать прореху в утробе демона-брата. Вернуть бы ей те умения, выбрались бы отсюда мигом. Это бесконечное или зацикленное пространство, созданное Кватро, тут он пугал меня гигантской птицей, а теперь оставил бродить до скончания веков. Скудно проработанный пейзаж усугубит пытку. Но дьявол кроется в деталях… Хотя это выражение стоит перефразировать, имея в виду под словом "дьявол" демона-брата…

Какой парадоксальный запрет: я могу создать с помощью своих сил замкнутое помещение, но из него сигануть в тёмное измерение не выйдет, нужна естественная тьма вокруг. Благо, неподалёку высилось нагромождение базальтовых валунов. Остаётся выбить нишу в этом скоплении и заблокировать выход, чтобы свет не проникал.

… дьявол оплошал в мелочах.